Уральские языки

Ура́льские языки́ — языковая семья, включающая две ветви — финно-угорскую и самодийскую.

Родство финно-угорских и самодийских языков доказал Э. Н. Сетяля^[2] — был сделан вывод о существовании в прошлом уральского языка-основы и происхождении из него финно-угорских и самодийских языков. Несмотря на существование названия «уральские языки», изучение и описание финно-угорских и самодийских языков проводится зачастую раздельно; наряду с более широким по объёму термином «уралистика» продолжает существовать отрасль лингвистики «финно-угроведение», занимающаяся изучением финно-угорских языков.

Большинство уралистов предполагает, что уральский язык-основа был распространён в обширном и малонаселённом регионе, в целом приходящемся на окрестности Южного Урала^[3].

Из современных уральских языков с достаточной степенью надёжности восстанавливаются всего около 150 общих корневых морфем, восходящих к языку-основе. Распад уральского языкового единства, по всей видимости, произошёл не позже 6 тыс. лет назад^[4].

В мифологии уральских народов упоминается Мировая река (Тобол — Иртыш — Обь), текущая с юга на север, поэтому есть все основания полагать, что прародина прауральцев находится в водосборном бассейне Северного Ледовитого океана^[5]. По мнению Владимира Напольских, её следует искать в южном междуречье Иртыша и Оби^[6][7][8], куда предки уральских народов пришли, вероятнее всего, из северо-восточных регионов Азии^[9] (возможно, из долины реки Ляохэ, генетика неолитического населения которой отличается высокой долей Y-хромосомной гаплогруппы N1, типичной для уральских народов^[10]).

Финно-угорские языки подразделяются на следующие группы:

• прибалтийско-финская — финский, ижорский, карельский и вепсский языки, составляющие северную подгруппу; эстонский, водский, ливский языки, образующие южную подгруппу;
• саамская — группа языков, на которых говорят саамы;
• мордовские языки (мокшанский, эрзянский с шокшанским наречием);
• марийский язык с луговым, восточным, северо-западным и горным наречиями;
• пермская — удмуртский, коми-зырянский, коми-пермяцкий и коми-язьвинский языки;
• угорская — хантыйский и мансийский, а также венгерский языки.

Самодийские языки традиционно делятся на две группы:

• северная — ненецкий, нганасанский, энецкий языки;
• южная — селькупский и вымершие камасинский, маторский, тайгийский, карагасский, койбальский языки.

Некоторые исследователи^[кто?] считают, что языки южной группы являются самостоятельными ветвями уральских языков. О существовании вымерших языков и народов известно из записей XVIII века и отчасти начала XIX века. Саяно-самодийские языки исчезли по причине перехода их носителей на тюркские, монгольские или русский языки.

Относительно вхождения уральской семьи языков в более крупные генетические объединения существуют разные гипотезы, ни одна из которых пока что не признана специалистами по уральским языкам.

Согласно ностратической гипотезе, уральская семья, наряду с другими языковыми семьями и макросемьями, входит в состав более крупного образования — ностратической макросемьи, причём сближается в ней с юкагирскими языками, образуя уральско-юкагирскую группу. Ностратическая теория отвергается многими компаративистами^[14][15].

Примерно до середины 1950-х годов была популярна урало-алтайская гипотеза, объединявшая в одну макросемью уральские и алтайские языки, однако в настоящее время она не пользуется поддержкой западных лингвистов. С уральской семьёй сближали также эскимосско-алеутские языки^[16]. Существует и теория урало-сибирских языков, объединяющая уральские, юкагирские и эскимосско-алеутские языки. Индо-уральская гипотеза предполагает генетическое родство между прауральским и праиндоевропейским языками на основании ряда сходств в фонетике, морфологии и базисной лексике^[17][18][19].

Первый письменный памятник венгерского языка на латинице создан приблизительно в 1192—1195 годах («Надгробная проповедь и молитва»), до этого венгры пользовались венгерским руническим письмом; две краткие надписи на карельском языке на новгородскихберестяных грамотах (берестяная грамота № 292) датируются началом XIII века; первые памятники на древнем коми языке написаны в XIV веке (алфавитом абур); наиболее древние финские и эстонские памятники восходят к XVI веку. Памятники письменности других финно-угорских народов относятся к концу XVII и к началу XVIII века. У современных уральских народов письменность развита довольно неравномерно. Наряду с языками с давней литературной традицией (венгерский, финский, эстонский), имеются языки со слабо развитой письменностью (ненецкий, хантыйский, мансийский) и бесписьменные или такие, письменности которых разрабатываются (водский, ижорский и др.).

Письменность уральских языков построена по фонетическому принципу, то есть буквы и обозначаемые ими звуки почти всегда однозначно соотносятся (это касается и ди- и триграфов, как в венгерском письме^[20][21]).

В типологическом отношении уральские языки неоднородны. Возможно, уральский праязык был в этом отношении более однороден. Большое типологическое разнообразие, проявляющееся на разных уровнях, объясняется рассеянностью уральских языков на большой территории, их длительной изоляцией и отчасти влиянием языков других народов. Пермские, обско-угорские, и языки поволжской группы являются агглютинативными языками, в прибалтийско-финских, самодийских и особенно в саамских имеются заметные проявления флексии^[22].

В пермских языках количество согласныхфонем доходит до 26, в венгерском их 25, а в финском языке — всего 13. По разным причинам количество согласных в финском языке сильно сократилось по сравнению с уральским праязыком. Важной особенностью также является противопоставление долгих и кратких гласных, орфографически отображаемое в финском удвоением соответствующей буквы (a ~ aa, ö ~ öö), а в венгерском — знаком акута или двойного акута (a ~ á, ö ~ ő). Всего в финском языке 16 гласных фонем, а в венгерском — 14. В финском и эстонском присутствуют дифтонги^[22].

Характер ударения в уральских языках также разнообразен. В одних языках оно падает на первый слог (в прибалтийско-финских, венгерском), в других же ударение разноместное (луговой марийский, ненецкий, коми-пермяцкий язык); в удмуртском языке, за немногими исключениями, оно падает на последний слог слова^[22].

Есть уральские языки, сохраняющие сингармонизм (например, финский, венгерский, марийский языки); в других языках он полностью исчез — например, в пермских языках. Примеры сингармонизма в венгерском языке: olvasok «читаю», nézek «смотрю», főzök «готовлю»^[22].

В средне-обском диалекте хантыйского языка всего 3 падежа, тогда как в венгерском языке более 20 падежей. В грамматике уральских языков отсутствует категорияграмматического рода. Отрицание во многих из этих языков выражается формами отрицательного глагола, однако в эстонском, где отрицательный глагол превратился в отрицательную частицу, и угорских языках это явление исчезло. Наряду с языками, обладающими трёхчленной системой прошедших времён — простое прошедшее, перфект и плюсквамперфект, — встречаются уральские языки и диалекты с одним прошедшим временем. Типологически одинаковые черты иногда могут иметь разное происхождение — например, формы объектногоспряжения в самодийских, обско-угорских и мордовских языках^[22].

Уральские языки на протяжении своей истории подвергались влиянию языков других народов, которые оставили заметные следы в их лексике, а отчасти — и в их грамматическом строе.

Прекрасно показывает такое влияние венгерский язык, где примерно 20 % словаря составляют славянские заимствования (например, kulcs «ключ», macska «кошка», pelenka «подгузник», szilva «слива»), 9 % — тюркские (gyümölcs «фрукт»). Хотя стоит признать, что больша́я часть интернациональной лексики не заимствуется, а вместо этого создаются собственные слова: számítógép «компьютер» (букв. «вычислительный аппарат»), labdarúgás «футбол» (но: futballozni «играть в футбол»), jégkorong «хоккей». Финский язык сохранил исконные названия месяцев (например, tammikuu «январь», helmikuu «февраль»), а в венгерском и эстонском они латинского происхождения (január, jaanuar «январь», венг.február, эст.veebruar «февраль»)^[23].

Уральские языки на территории Российской Федерации подвергаются влиянию русского языка. Марийский язык включает огромное количество ранних булгарских заимствований, а также более поздних русских и татарских.

• Уральско-юкагирские языки
• Урало-сибирские языки
• Урало-алтайская гипотеза
• Индо-уральская гипотеза
• Списки Сводеша для уральских языков
• Сино-уральские языки

На русском:

• Напольских В. В.Введение в историческую уралистику (рус.). — Ижевск, 1997.
• Напольских В. В.Древнейшие этапы происхождения народов уральской языковой семьи: данные мифологической реконструкции (рус.). — Москва, 1991.
• Основы финно-угорского языкознания (рус.). — Москва, 1974—1976. — Т. 1—3.
• Серебренников Б. А.Уральские языки (рус.) // Лингвистический энциклопедический словарь. — Москва: СЭ, 1990. — С. 537—538.
• Хайду П. Уральские языки и народы (рус.) / Пер. с венг.. — Москва, 1985.
• Хелимский Е.А. Компаративистика, уралистика. Лекции и статьи (рус.). — Москва, 2000.
• Бурлак С. А., Старостин С. А. Сравнительно-историческое языкознание (рус.). — Москва: Академия, 2005. — 432 с. — ISBN 5-7695-1445-0.
• Народы степной Евразии в древности // История татар с древнейших времён в семи томах (рус.) / ред. С. Г. Кляшторный. — Казань, 2002. — Т. 1.
• Напольских В. В.«Не любопытства ради, а познания для…» К 75-летию Юрия Борисовича Симченко // Миф о нырянии за землёй (А812) в Северной Евразии и Северной Америке: двадцать лет спустя (рус.) / ред. Н. А. Дубова, Ю. А. Квашнин. — Москва, 2011. — Т. 1.
• Нерознак В. П.Праязык: реконструкт или реальность? // Сравнительно-историческое изучение языков разных семей : Теория лингвистической реконструкции (рус.) / Отв. ред. Н. З. Гаджиева. — Москва: Наука, 1988. — ISBN 5-02-010869-3.
• Баскаков Н. А. Алтайская семья языков и её изучение (рус.). — Москва: Наука, 1981.

На других:

• Collinder B. Survey of the Uralic languages (англ.). — 2 ed.. — Stockholm, 1957.
• Deczy G. Einfuhrung in die finnisch-ugrische Sprachwissenschaft (нем.). — Wiesbaden, 1965.
• Hajdu P. Finnugor nepek es nyelvek. — Budapest, 1962.
• Hajdu P. Bevezetes az urali nyelvtudumanyba. — Budapest, 1966.
• Marcantonio, Angela. The Uralic Language Family: Facts, Myths and Statistics. Publications of the Philological Society, 35 (англ.). — Oxford — Boston: Blackwell, 2002.
• Adondolo Daniel M. The Uralic languages (англ.). — Routledge, 1990.
• Janhunen, Juha.Uralic languages // The International Encyclopedia of Linguistics (англ.). — New York: Oxford University Press, 1992. — Vol. 4. — (в сборнике: Bright, W. (ed.)).

• Blažek, Václav.Uralic Migrations: The Linguistic Evidence (англ.).
• Напольских В. В.Предыстория народов уральской языковой семьи  (рус.). Архивировано 20110808110436 года.
• George Starostin.Nostratic (англ.). Oxford Bibliographies. Oxford University Press (29 октября 2013). doi:10.1093/OBO/9780199772810-0156. — «Nevertheless, this evidence is also regarded by many specialists as insufficient to satisfy the criteria generally required for demonstrating genetic relationship, and the theory remains highly controversial among mainstream historical linguists, who tend to view it as, at worst, completely invalid or, at best, inconclusive.» Архивировано 13 сентября 2015 года.